- Регистрация
- 17 Дек 2023
- Сообщения
- 10
- Пол
- Мужской
- Семейный статус
- Возвращаю девушку
- Ваш возраст
- 23
- Возраст Вашего партнёра
- 22
- Цель обращения
- Воссоединиться с девушкой.
Добрый день. Меня зовут Заур, мне 23 года. Три года назад, когда я уже достаточно долгое время (2,5 года) находился в других отношениях с девушкой (назовём её Е.) , на горизонте появился другой человек (назовём её Т). Долгое время (почти три месяца) я пытался просто продолжить свои отношения, но мысли о Т не давали мне покоя каждый раз, когда я пересекался с ней. В какой-то момент я вновь проявил инициативу, и мы начали общаться, теперь уже не переставая. Всё началось, как в сказке: пара недель переписок в сети, потом встреча — всё на высшем уровне. И буквально через несколько дней после встречи, в моей жизни случилось страшное — скончался очень близкий человек. И единственным человеком, кто оказался рядом, была моя на тот момент девушка, Е., которая уже знала о моём общении с этим новым человеком. Но всё это ушло на второй план, поскольку столкнувшись с такой утратой, всё остальное перестаёт быть важным — Е. делала всё, чтобы меня поддержать. От Т. я на время закрылся. Был не в ресурсе что-то продолжать на тот момент. Она, оставшись наедине с собой, даже пошла к психологу, чтобы попытаться понять, как ей меня поддержать после смерти близкого. И заодно совершенно случайно и самостоятельно узнала про мои отношения с помощью соцсетей. Я отмолчался и ничего конкретного не сказал. Тем не менее, она решила остаться и продолжить общение. В какой-то момент мы снова начали общаться и сблизились, но вскоре после этого я попытался включить голову и когда увидел, как сильно моя девушка переживает из-за общения с Т., я решил поставить с Т. точку. Я дал Е. телефон и она отправила Т. голосовое сообщение, тем самым обозначив моё решение о желании сохранить отношения с ней. Мы тут же перестали общаться. Но очень скоро этот поступок начал меня гнести. Я стал чувствовать, что поступил, возможно, слишком жестко по отношению к человеку, который мне так открылся. Тогда я начал аккуратно пытаться искать на неё выходы. В какой-то момент, недели через три, мы вышли на диалог, и она, разумеется, с обидой, сказала «хочешь поговорить — завтра я уезжаю дней на пять в Москву, приезжай на вокзал». Тогда я купил себе билет и сорвался вместе с ней. Она охренела. Я был очень аккуратен и сдержан, так как не знал, чего ожидать после моего поступка. Но эту решительность она оценила по достоинству. И через пару дней, когда мы были в Москве, из своего я переехал в её отель. Когда мы через пару дней вернулись в наш город, я приехал к Е. и рассказал ей всё честно. И дал понять, что меня очень сильно метает. Е. уехала от меня к родителям. И я начал проводить целые дни с Т. Она стала очень часто у меня ночевать. Затем меня начало метать в сторону Е. 14 февраля вечером мы разъехались с Т., и я помчался к Е. Так образовался любовный треугольник. Я не был в силах принять решение, и по сути, они обе оставались рядом. Я мог провести один день с Е., один с Т., и каждой говорить, что я вот-вот приму решение. Дошло до того, что они иногда начали пересекаться. Однажды они обе приехали ко мне, когда я плохо себя чувствовал. Обе встречали меня от врачей. Ни одна не хотела отступать. Это был непередаваемый драйв, эмоции, которые невозможно описать. Я мог жить несколько дней у Т., потом пожить один, и снова съехаться с Е. Потом улететь с Е. летом на почти три недели в ее родной город, а Т. меня туда провожала и собирала вещи, а я давал ей надежду на то, что всё изменится в нашу пользу. Потом я фактически начал жить с Т., когда она сняла квартиру отдельно от родителей, но регулярно приезжал, уезжал, потом вновь приезжал. Мог сорваться от неё к Е. посреди ночи со словами «я так не могу». А потом вернуться. Однажды она забеременела, но мы приняли решение об аборте, так как не были в том положении, чтобы решить иначе. Этот формат треугольника продолжался очень долго — 1,5 года. Я срывался от своей девушки к другой, и она каждый раз была не седьмом небе от счастья, когда такое происходило. Её заводил этот драйв, эти эмоции. Когда мы ездили в отели, или я приезжал к ней домой. Постоянная драма — я вроде бы и есть, а вроде бы и не до конца доступен. Слёзы, истерики, скандалы. Что случилось в итоге? Е. в какой-то момент поняла, что в отношениях со мной ей больше ловить нечего — она натерпелась сполна. Когда от твоего парня беременеет другая (дважды), когда он улетает с ней на неделю отдыхать после того, как месяца полтора назад летал с тобой, когда он болеет и просит тебя не приезжать к нему, потому что «уже приехала она». Так мы с Т. остались вдвоём. Что случилось? Стало пропадать всё. Былая забота, трепет, внимание — как рукой сняло. Это всё сменилось бытом, ссорами, малейший триггер из-за её ревности выливался в такое. Она стала смелее уезжать от меня, и сложнее возвращалась. Если в период треугольника она могла сорваться ко мне даже в 4 утра, то здесь я мог приехать к её дому, чтобы забрать её домой в период ссоры, а она отвечала «Я уже сказала, что приеду не сегодня, а завтра — езжай домой и не дави на меня». Она стала более холодной и сдержанной.
Но мы были самыми близкими людьми друг другу. Она раскрыла мне кое-какие подробности из своей прошлой жизни.
Она выросла в семье, где всегда было всё, что касается достатка — поездки по всему миру, гуччи-х*юччи, и прочее. Не было одного: нормальной модели взаимоотношений. Отец регулярно изменял маме, и это продолжалось очень долго.
Ещё я узнал, что она в подростковом возрасте она была жертвой педофила — если верить её словам, то в 15 лет ее изнасиловал её учитель, и убедил её в том, что у них «всё будет серьёзно». И это тоже продолжалось в её жизни очень долго. Как рассказывал мне её отец, он смог ее спасти, но ещё долгое время она пыталась искать выходы на него. Это тоже сыграло немалую роль в её становлении, как личности, человека.
После того, как она вернулась из отпуска с родителями, я сделал ей предложение. Она ответила, что мы «будем к этому стремиться, но не будем торопиться с этим, подождём хотя бы год» (на тот момент мы уже больше двух лет были частью жизни друг друга). Ссоры продолжались. Из-за всего — если я дал повод для ревности, то там были вообще истерики. Мои отношения с ее собакой, с которой я не ладил. Забитые трубы в ванной, непомытая посуда. Всё в таком духе. Она изменилась, как только мы остались вдвоём. Как будто перестала бояться меня потерять. И в какой-то момент ссоры стали настолько частыми, что я стал подозревать неладное. Она стала мне смелее предлагать «можем попробовать пожить отдельно», хотя раньше у неё бы язык не повернулся такое сказать. И однажды, когда я снова попытался обратить её внимание на то, что всё изменилось, она призналась, что у неё проблемы с чувствами. Снова эмоции, слёзы, истерики (теперь уже с моей стороны). Не уехала. Сказала, что «не может меня оставить в таком состоянии». Решили, что «попробуем». Попробовали. Всё было с виду хорошо несколько дней. Валялись дома, смотрели сериалы, заказывали еду. И в какой-то вечер ко мне приходит осознание, что проблема никуда не делась. Что всё уже нестабильно. И когда она повернулась ко мне и увидела, что на мне нет лица, мы снова подняли эту тему. И тут никакие мои слёзы, истерики и эмоции не смогли её удержать. Утром собрала практически все свои вещи и уехала. И стала закрываться от меня. Уезжала со словами о том, что «верит в судьбу», что «если это судьба, то люди могут сойтись и через 20 лет». На этом всё. Я начал делать ошибки. Проще говоря, оленить. Следил за её геолокацией, приезжал в какие-то места рядом, пытался «случайно» пересечься. Она видела, что я рядом, но шагов навстречу не делала. Я писал и предлагал начать всё по-настоящему с начала, не торопясь ни с чем, начать с конфетно-букетного периода. Поначалу выслушивала, но отвечала размытыми фразами о том, что «для этого нужно желание обоих», что «она не дает мне того, чего я заслуживаю, и не может дать». Я стал просить о встречах, думая взять ее эмоциями. Заказал такси, повез в кофейню, где у нас была самая первая встреча, посадил за тот же столик, где мы сидели три года назад, заранее попросил админа включить песню, которая ассоциировалась у нас друг с другом. Она отвечала «я это ценю, но это надо было делать раньше». Начались фразы о том, что она «не видит у нас будущего». Ни мои слёзы, ни какие-либо мои слова ее уже не цепляли. Я мог приехать к ней на работу к концу смены с чаем, и снова стоять перед ней и со слезами умолять дать мне шанс. Она отвечала, что не может, что не готова, что не хочет этого. Уже начались фразы «я не верю, что мы можем обнулиться в отношении друг друга — разве что лет через двадцать». Я не отпускал. Я писал друзьям, спрашивал у них, писал родителям. Встретился с её мамой, попытался наладить с ней коннект (отношения с ними у меня были из рук вон плохими, до открытого конфликта). Ничего не давало. Один раз я купил билет в Сочи, надеясь, что спонтанная совместная поездка может сработать, как сработала тогда, когда я умчал с ней три года назад в Москву. Она начала очень жестко со мной разговаривать, и говорить, что она никуда со мной не поедет, и ей всё это не нужно. На следующий день встретилась со мной, чтобы сбросить до заводских настроек свой макбук, и оставила его мне. Остался целый ящик её вещей, дорогой пуховик, три пары обуви — ни о чём этом она за почти два месяца не вспомнила ни разу. В какой-то момент я очень сильно перегнул с манипуляциями и явным возвратом, и она меня заблокировала абсолютно везде, вплоть до приложений банков. Я обратился к Петрову, он посоветовал написать амортизационное сообщение а-ля «в моей жизни произошло важное событие, я принял решение, что нам следует остаться друзьями». Я подумал, что довольно странно в моем положении (когда меня человек запилил в чс) предлагать дружбу, но решил, что терять нечего — написал с телефона друга. Она даже не стала открывать. Через пару дней мне написала её подруга, которой я неоднократно обращался и говорил про Т. Она пыталась изображать нейтралитет, говорила, что «возможно Т. нужно время», но при этом все сообщения сливала ей. Я спрашивал, дескать, как думаешь, она оценит мои старания? Она отвечала «да я думаю со временем да, девушки эмоциональные). И вот, тут она мне впервые написала первой, чтобы «спросить что-то по учебе». Это было странно, потому что раньше никогда такого не случалось. Я не придал этому большого значения, просто ответил по делу и больше никаких других тем не поднимал. Затем, через ещё несколько дней это повторилось. Тоже под странным предлогом (привезти что-то из Европы). На следующий день снова. Я всегда был непоколебим и отвечал дружелюбно, но только по существу. Затем затишье на дней десять, и потом пару-тройку раз еще раз, как раз перед днем нашей с Т. знаменательной даты (первой встречи). Сама Т. на связь не пыталась выходить ни разу, и из черного списка не достала абсолютно нигде, даже через месяц. По совету Петрова, я попытался аккуратно написать ей о том, что я бы хотел забрать ключи от своей квартиры, мол, давай пересечемся. Для этого купил новый номер, так как был везде в чс. Она спокойно ответила «Привет! Могу отправить доставкой или передать через подругу, например». После этого я через пару дней написал, мол, буду в твоем районе, могу подъехать, будет удобнее. Она ответила «давай всё-таки придерживаться изначальных вариантов». Тем самым очертила границы и дала понять, что не желает встречи со мной. Потом она улетела на отдых с семьей, и я случайно заметил, что у меня есть её аккаунт Гугл. И я получил доступ ко всей её истории поиска. Я узнал, что она уходила вовсе не «в никуда». И ещё на момент, когда мы жили вместе, у неё кто-то был, и сразу после расставания она бросилась во все тяжкие. Мне при этом постоянно говорила (уже после расставания), что у нее никого нет. Как оказалось, я с самого начала ошибался в человеке. Она меня обманывала, лгала, и всю вину за разрыв перекладывала на меня. Говорила, что не смогла и не может простить мне треугольник, которого уже год как не было. Поводы для ревности, которые я ей давал. Но как оказалось, причина была вовсе в другом. На следующий день после расставания, по её истории поиска, она начала смотреть билеты в Москву, а через месяц она там оказалось и уже с другим человеком. А до этого они встречались в Питере, как я понял.
Скоро Новый год, а затем мой день рождения. А после этого мы, вероятно, снова начнем видеться, так как снова начнется учеба и она вернется в университет, из которого её осенью отчислили за неуспеваемость. Каковы шансы, что когда-нибудь мы снова сможем стать частями жизни друг друга? Я взял месячное сопровождение у Романа Винилова.
Но мы были самыми близкими людьми друг другу. Она раскрыла мне кое-какие подробности из своей прошлой жизни.
Она выросла в семье, где всегда было всё, что касается достатка — поездки по всему миру, гуччи-х*юччи, и прочее. Не было одного: нормальной модели взаимоотношений. Отец регулярно изменял маме, и это продолжалось очень долго.
Ещё я узнал, что она в подростковом возрасте она была жертвой педофила — если верить её словам, то в 15 лет ее изнасиловал её учитель, и убедил её в том, что у них «всё будет серьёзно». И это тоже продолжалось в её жизни очень долго. Как рассказывал мне её отец, он смог ее спасти, но ещё долгое время она пыталась искать выходы на него. Это тоже сыграло немалую роль в её становлении, как личности, человека.
После того, как она вернулась из отпуска с родителями, я сделал ей предложение. Она ответила, что мы «будем к этому стремиться, но не будем торопиться с этим, подождём хотя бы год» (на тот момент мы уже больше двух лет были частью жизни друг друга). Ссоры продолжались. Из-за всего — если я дал повод для ревности, то там были вообще истерики. Мои отношения с ее собакой, с которой я не ладил. Забитые трубы в ванной, непомытая посуда. Всё в таком духе. Она изменилась, как только мы остались вдвоём. Как будто перестала бояться меня потерять. И в какой-то момент ссоры стали настолько частыми, что я стал подозревать неладное. Она стала мне смелее предлагать «можем попробовать пожить отдельно», хотя раньше у неё бы язык не повернулся такое сказать. И однажды, когда я снова попытался обратить её внимание на то, что всё изменилось, она призналась, что у неё проблемы с чувствами. Снова эмоции, слёзы, истерики (теперь уже с моей стороны). Не уехала. Сказала, что «не может меня оставить в таком состоянии». Решили, что «попробуем». Попробовали. Всё было с виду хорошо несколько дней. Валялись дома, смотрели сериалы, заказывали еду. И в какой-то вечер ко мне приходит осознание, что проблема никуда не делась. Что всё уже нестабильно. И когда она повернулась ко мне и увидела, что на мне нет лица, мы снова подняли эту тему. И тут никакие мои слёзы, истерики и эмоции не смогли её удержать. Утром собрала практически все свои вещи и уехала. И стала закрываться от меня. Уезжала со словами о том, что «верит в судьбу», что «если это судьба, то люди могут сойтись и через 20 лет». На этом всё. Я начал делать ошибки. Проще говоря, оленить. Следил за её геолокацией, приезжал в какие-то места рядом, пытался «случайно» пересечься. Она видела, что я рядом, но шагов навстречу не делала. Я писал и предлагал начать всё по-настоящему с начала, не торопясь ни с чем, начать с конфетно-букетного периода. Поначалу выслушивала, но отвечала размытыми фразами о том, что «для этого нужно желание обоих», что «она не дает мне того, чего я заслуживаю, и не может дать». Я стал просить о встречах, думая взять ее эмоциями. Заказал такси, повез в кофейню, где у нас была самая первая встреча, посадил за тот же столик, где мы сидели три года назад, заранее попросил админа включить песню, которая ассоциировалась у нас друг с другом. Она отвечала «я это ценю, но это надо было делать раньше». Начались фразы о том, что она «не видит у нас будущего». Ни мои слёзы, ни какие-либо мои слова ее уже не цепляли. Я мог приехать к ней на работу к концу смены с чаем, и снова стоять перед ней и со слезами умолять дать мне шанс. Она отвечала, что не может, что не готова, что не хочет этого. Уже начались фразы «я не верю, что мы можем обнулиться в отношении друг друга — разве что лет через двадцать». Я не отпускал. Я писал друзьям, спрашивал у них, писал родителям. Встретился с её мамой, попытался наладить с ней коннект (отношения с ними у меня были из рук вон плохими, до открытого конфликта). Ничего не давало. Один раз я купил билет в Сочи, надеясь, что спонтанная совместная поездка может сработать, как сработала тогда, когда я умчал с ней три года назад в Москву. Она начала очень жестко со мной разговаривать, и говорить, что она никуда со мной не поедет, и ей всё это не нужно. На следующий день встретилась со мной, чтобы сбросить до заводских настроек свой макбук, и оставила его мне. Остался целый ящик её вещей, дорогой пуховик, три пары обуви — ни о чём этом она за почти два месяца не вспомнила ни разу. В какой-то момент я очень сильно перегнул с манипуляциями и явным возвратом, и она меня заблокировала абсолютно везде, вплоть до приложений банков. Я обратился к Петрову, он посоветовал написать амортизационное сообщение а-ля «в моей жизни произошло важное событие, я принял решение, что нам следует остаться друзьями». Я подумал, что довольно странно в моем положении (когда меня человек запилил в чс) предлагать дружбу, но решил, что терять нечего — написал с телефона друга. Она даже не стала открывать. Через пару дней мне написала её подруга, которой я неоднократно обращался и говорил про Т. Она пыталась изображать нейтралитет, говорила, что «возможно Т. нужно время», но при этом все сообщения сливала ей. Я спрашивал, дескать, как думаешь, она оценит мои старания? Она отвечала «да я думаю со временем да, девушки эмоциональные). И вот, тут она мне впервые написала первой, чтобы «спросить что-то по учебе». Это было странно, потому что раньше никогда такого не случалось. Я не придал этому большого значения, просто ответил по делу и больше никаких других тем не поднимал. Затем, через ещё несколько дней это повторилось. Тоже под странным предлогом (привезти что-то из Европы). На следующий день снова. Я всегда был непоколебим и отвечал дружелюбно, но только по существу. Затем затишье на дней десять, и потом пару-тройку раз еще раз, как раз перед днем нашей с Т. знаменательной даты (первой встречи). Сама Т. на связь не пыталась выходить ни разу, и из черного списка не достала абсолютно нигде, даже через месяц. По совету Петрова, я попытался аккуратно написать ей о том, что я бы хотел забрать ключи от своей квартиры, мол, давай пересечемся. Для этого купил новый номер, так как был везде в чс. Она спокойно ответила «Привет! Могу отправить доставкой или передать через подругу, например». После этого я через пару дней написал, мол, буду в твоем районе, могу подъехать, будет удобнее. Она ответила «давай всё-таки придерживаться изначальных вариантов». Тем самым очертила границы и дала понять, что не желает встречи со мной. Потом она улетела на отдых с семьей, и я случайно заметил, что у меня есть её аккаунт Гугл. И я получил доступ ко всей её истории поиска. Я узнал, что она уходила вовсе не «в никуда». И ещё на момент, когда мы жили вместе, у неё кто-то был, и сразу после расставания она бросилась во все тяжкие. Мне при этом постоянно говорила (уже после расставания), что у нее никого нет. Как оказалось, я с самого начала ошибался в человеке. Она меня обманывала, лгала, и всю вину за разрыв перекладывала на меня. Говорила, что не смогла и не может простить мне треугольник, которого уже год как не было. Поводы для ревности, которые я ей давал. Но как оказалось, причина была вовсе в другом. На следующий день после расставания, по её истории поиска, она начала смотреть билеты в Москву, а через месяц она там оказалось и уже с другим человеком. А до этого они встречались в Питере, как я понял.
Скоро Новый год, а затем мой день рождения. А после этого мы, вероятно, снова начнем видеться, так как снова начнется учеба и она вернется в университет, из которого её осенью отчислили за неуспеваемость. Каковы шансы, что когда-нибудь мы снова сможем стать частями жизни друг друга? Я взял месячное сопровождение у Романа Винилова.
Telegram
